— И я тоже нет! — тут же присоседился к нему Лесь и с преувеличенным чувством собственного достоинства пояснил:

— У меня нестандартные торговые павильоны, из бетонных отливок. Ни о какой панели речи быть не может!

— А я делаю асфальтовый завод с подсобными мастерскими, — заметила Барбара ядовито, но уже значительно тише, потому как остальные примолкли. — Там никто не живет, не говоря уже о том, что завод не крупнопанельный. Ты тоже ни при чем, — добавила она, кивая Янушу. — У тебя оба оздоровительных центра нетиповые. А до этого мы все делали базу туризма и отдыха, главным образом из каменных блоков. А еще раньше крупной панели не было и в помине.

— Стало быть, можешь от нас отцепиться, и от себя заодно, — заявил Каролек. — Возможно, ты и жлоб, но что преступник — это отпадает. Насколько я помню, мы сроду ничего крупнопанельного не делали.

Януш открыл рот, закрыл его, посмотрел на Каролека, неприязненным взглядом окинул Влодека и словно бы заколебался.

— Ничего? — неуверенно переспросил он чуть погодя.

— Ничего, — едко повторила Барбара.

— А вы уверены?..

— Намотай себе на ус — крупнопанельным бывает только типовое жилищное строительство, — напомнил Каролек. — Мы когда-нибудь делали что-нибудь типовое?

— Ну да, ограду. Но больше ничего, факт. Значит, это... Значит, что?

— Это значит, что преступники и убийцы заняты типовым строительством, — подытожил Лесь. — А это не к нам. Мы имеем право с ними не дружить.

Ужас, начавший было вползать в сердца и умы, улетучился из атмосферы, и только Влодек вносил неприятный диссонанс. Не обращая на него внимания, Каролек пожелал выяснить смысл обвинений, выдвинутых в раже Янушем.

— Слушай, а почему недоученный жлоб? Я все остальное понимаю, а вот насчет жлоба — нет. Януш грозно выдохнул сигаретный дым: