— В каких фасонах, с ума сошел? В производстве!

— Что в производстве?

Влодек издал очередной жалобный стон и вдруг словно обмяк. Януш протянул руку за новой сигаретой.

— Понимаешь, панели с теплоэлектростанции, — объяснил он. — Эту чертову крупную панель делают из шлаков с теплоэлектростанции! В шлаках и есть ядовитые элементы.

— Господи помилуй, что ты городишь? Берут шлаки вместо галечного заполнителя?!

— Применяют как присадку или вообще берут только их в качестве заполнителя. Все крупногабаритные панели так делают. Преступление форменным образом!

Каролек замолчал. Совершенно ошарашенный, он смотрел на Януша, опасаясь, что в глазах коллег выглядит полным идиотом.

— Погодите, но это же не мы, — вдруг обиженно заговорил Лесь. — Не мы же производим крупногабаритную панель!

Влодек снова оживился.

— Но мы же из нее проектируем! — заметил он, обвиняюще тыча пальцем в направлении Януша. — Мы ее применяем! Добровольно, в кубических километрах жилого пространства! Проектируем из материала, который должен истребить человечество. Применяем канцерогенные элементы! Для людей! Мы преступники!!!

Несколько минут после этого никто не мог ни с кем договориться, ибо все говорили одновременно. Совесть Януша была сокрушена под давлением общественного мнения. Лесь орал, что Влодек — электрик, не он решает вопрос о применении крупногабаритных панелей, и пусть не примазывается. Барбара бурно требовала уточнения сведений и ссылки на их источники. Влодек настаивал на своем, переходя как в обвинениях, так и в самокритике все разумные границы.

Каролек первый очухался и попытался вернуть ясность мыслей.

— Только не я!!! — категорически рявкнул он на Влодека, перекрикивая остальных. — Может, вы тут и впрямь моральные уроды, ты и они, но не я! Выбей это у себя из головы! Я проектирую клинику из обычного кирпича!